Лимпопо русский той

Рейтинг 4.858 после 28 голосов

Сука , 11 лет, 8 месяцев

Окрас Черная подпалая. Вес — 0 кг.

Из города Тюмень, улица: Широтная, Район: МЖК

Энергия 5
Интеллект 5
Дружелюбие 5
Любовь к игре 5

Фотографии собаки всего 4

Ой,Ляля из Лимпопо (Ляля)

Любит

Играть, бегать, все грызть, мыться, гулять.

Не любит

когда её дразнят,ругают,мою подругу,чужих людей,Собак женского пола,больших собак.

Любимая игрушка

Любимая еда

Курица,косточки,Сладкое,фрукты и всякие вкусняшки,угощение.

Как и где любит гулять

Бегать во дворе.

Что умеет

Умеет выполнять команды бегать и прыгать».

Комментарии 7

9 лет, 9 месяцев назад [mazgakril555]

9 лет, 9 месяцев назад [Sveta_Gabar]

такая прелесть)) красоточка

9 лет, 7 месяцев назад [pussyCAT]

Точно Ляля, полностью кличка подходит:)))

9 лет, 5 месяцев назад [Grosheva]

9 лет, 5 месяцев назад [OyLyaLya_08]

Ляля .
прям как мы
только вы больше похожи

9 лет, 5 месяцев назад [Nastya3]

Друзья собаки всего 20

  • О хозяине

    Лера Глухих, Тюмень 20 лет, 1 месяц, с нами уже 10 лет

    Лимпопо, Лимпопо, Лимпопо…

    С верховьями великой африканской реки Лимпопо европейцы познакомились еще в начале XIX в., устье же ее долго оставалось неизвестным. Только в 1855–1856 гг. португальский путешественник Жуакин ди Санта Рита Монтанья, священник, побывав в южной части Мозамбикской низменности, вплотную приблизился к разгадке этой тайны. Его наблюдения позволили ученым предположить, что устье Лимпопо должно находиться между портом Иньямбане и бухтой Делагоа. Окончательно решил проблему Лимпопо английский путешественник Сент-Винсент Эрскин. Он отправился в Мозамбик в 1868 г., намереваясь принять участие в третьей экспедиции Карла Мауха, но, встретившись с немецким путешественником, изменил свои планы и, вместо того чтобы отправиться с ним на север, двинулся на северо-восток. Спустившись с Драконовых гор в долину реки Олифантс, Эрскин прошел вдоль нее до места ее впадения в Лимпопо и затем проследил течен ие реки Лимпопо до самого ее устья. Путешественник сумел исследовать не только Лимпопо, но и обширную территорию мозамбикского побережья к югу от бухты Софала, которая до тех пор была известна европейцам только понаслышке. А между тем Эрскин в 1871–1875 гг. трижды побывал в этой области, пройдя ее вдоль и поперек и обследовав нижнее течение реки Сави (Саби), которое до той поры обозначалось на картах весьма приближенно.

    Данный текст является ознакомительным фрагментом.

    Всех излечит, исцелит

  • «Через неделю в Лимпопо состоится референдум о вхождении в состав Российской Федерации. На улицах замечены вежливые люди в белых халатах». Очередной телефонный розыгрыш пранкеров Вована и Лексуса (Владимира Кузнецова и Алексея Столярова) вызвал бурный отклик в социальных сетях.

    8 февраля член палаты представителей Конгресса США от Калифорнии Максин Уотерс заявила, что президента США ожидает скорый импичмент, поскольку Дональд Трамп ничего не предпринимает в связи с наступлением России на Корею. Такая удивительная осведомленность по вопросам мировой геополитики вызвала живой отклик не только в Америке. Через несколько дней пранкеры Вован и Лексус позвонили госпоже Уотерс от имени премьер-министра Украины Владимира Гройсмана. Россия, – пожаловался «Гройсман», Кореей не ограничилась. Теперь она напала на… Лимпопо!

    И самое интересное, что конгрессвумен в это поверила.

    Где гуляет Гиппо-по?

    Полную расшифровку разговора с госпожой Уотерс можно прочесть в Фейсбуке пранкера Вована. Приведем некоторые выдержки из беседы.

    Конгрессвумен: – …Регулярные войска Путина. Они [у вас] уже на востоке и на западе?

    Пранкер: – Да, уже и на западе, поэтому мы и звоним конгрессменам, чтобы поговорить о новых санкциях. … Я считаю, что вы, в США, и мы у себя должны наложить новые санкции на РФ из-за недавнего случая. Потому что они вмешались во внутреннюю политику Лимпопо. Может, вы знаете – русские хакеры атаковали их серверы, компьютерные серверы. Они это сделали во время выборов в Лимпопо.

    Конгрессвумен: – Они взломали систему, управляющую выборами?

    Пранкер: – Да, взломали систему выборов в Лимпопо и установили режим своей марионетки Айболита.

    Конгрессвумен: – В Лимпопо?

    Конгрессвумен: – И смогли ли они захватить контроль над результатами выборов?

    Пранкер: – Да, они [полностью] изменили предвыборную кампанию. Они там нанесли больше вреда, чем в США.

    Конгрессвумен: – Ооу. Даже больше?

    И такие люди делают мировую политику.

    Мирослава Бердник, украинский блогер

    Конгрессвумен: – Кто те люди, кто выполняет для них эти операции?

    Пранкер: – Кто был идеологом? Это все – Путин.

    Конгрессвумен: – Нет, кто выполняет сами хакерские атаки? Кто взламывает системы выборов и позволяет им побеждать?

    Пранкер: – У него есть особые советники. Нам известны их никнеймы, вы можете записать их. Их имя. имена – Вован и Лексус.

    Конгрессвумен: – Лексус, и как там первый?

    Пранкер: – Вован. Это их клички в интернете

    Пранкер: – И президент Лимпопо… Он проиграл эти выборы. И он хочет переехать в Украину, потому что он боится, что они с ним что-нибудь сделают.

    Конгрессвумен: – Ооу. Так он боится, что они его убьют?

    Пранкер: – Да. Волнуется по этому поводу.

    Конгрессвумен: – Ооу, вау, вау… Ну, если, если. Если что, США будут на вашей стороне, ребята.

    • Президент Ай Болит из страны Лимпопо . Русские сказки становятся правдой. Господь, не покидай Америку!

    • Отвратительно… что люди, которые влияют на судьбы мира, не имеют о нем никакого представления.

    Мария Захарова, официальный представитель МИД РФ

    Пранкер: – Я хотел вас предупредить о его новом оружии, о хакерском оружии. Вы знаете, что случилось с нашим президентом? Он был у себя в офисе и смотрел телевизор. И его канал сам по себе изменился на Russia Today. И там давал интервью Путин. Так что, я не знаю что, как-то они получили доступ к телевизионным каналам.

    Конгрессвумен: – И со мной случилось то же самое!

    Пранкер: – С вами случилось.

    Конгрессвумен: – Я выступала в Конгрессе, и моя трансляция [на канале C-SPAN] прервалась, появились Russia Today и 10 минут показывали свою рекламу.

    (слышен сдавленный смех Вована)

    Пранкер: – Это было ужасно.

    Конгрессвумен: – Да. Именно так.

    Невежество на высшем уровне

    Розыгрыш, конечно, получился для Максин Уотерс обидный. А для всех остальных – очень показательный. Если уж американские конгрессмены с готовностью верят в подобную чепуху, то что говорить о рядовых избирателях?

    «Русские хакеры вмешались в избирательную систему Лимпопо, а армия Путина уже захватила Львов и Габон!» – жалуется пранкер. И американский политик все это принимает за чистую монету. Конечно же, никто не требует от Максин Уотерс знания советской детской классики. Но разбираться в географии и хотя бы в общих чертах представлять, что на самом деле происходит в мире, политик такого уровня просто обязан. США претендуют на роль главного мирового регулятора – но похоже, некоторым из тех, кто берется вершить судьбы мира, все, что за пределами США, видится каким-то одним большим «Лимпопо»?

    Хорошо, если совместные усилия Вована, Лексуса и Корнея Ивановича Чуковского хоть кому-то помогут избавиться от невежества, гонора и лишних амбиций.

    Здесь публикуются посты о проблемах граждан, требующих обращения в госорганы, а также инструкции о том, как и куда необходимо писать.

    Мы стараемся писать о том, что полезно для многих. Для всего остального есть Лига юристов.

    Найдены дубликаты

    Госдеп США должен любой ценой защитить демократию в Лимпопо, а так-же в Сахаре, на Занзибаре и конечно-же на горе Фернандо-По, где гуляет Гипопо.

    Добрый день! Я официальный представитель оппозиции республики Лимпопо в социальных сетях. 100 млрд. долларов необходимо перевести на карту Сбербанка 4265 **** **** 4126.

    я дочь Бармалея и готов выступить гарантом по передаче 200 млрд долларов

    Слава Лимпопо! Бармалею слава!

    А также триллион фанатиков и банановой кожуры!

    этот вопрос не обсуждается.

    ну он и выглядит как после большой лим-попойки

    Неопровержимые доказательства российских зверств в Лимпопо

    Зато теперь река Лимпопо известна всему миру))

    Известные российские фулюганы устроили очередной телефонный розыгрыш. На этот раз они дозвонились члену Конгресса США — известной своей жесткой позицией по отношению к России Максин Уотерс.

    Читайте так же:  Ротвейлер девочка имя

    Это именно она ранее обвинила Россию в «нападении на Корею», а незадолго до этого во время ее выступление на официальном американском канале было внезапно прервано сюжетом российского телеканала Russia Today (RT).

    Сегодня оч смешное фулюганство с конгрессвумен Максин Уотерс что на днях заявила будто РФ напала на Корею. Уотерс узнаёт об агрессии РФ в Лимпопо!

    Однако более всего Уотерс возмутили сообщения о том, что благодаря российским хакерам удалось вмешаться в выборы в Лимпопо, свергнуть президента Бармалея и поставить «марионетку Кремля» Айболита.

    История не сохранила списки всех русских добровольцев, воевавших на стороне буров. Но зато сберегла биографии самых ярких персонажей той войны

    Первой в бесконечной череде войн беспокойного ХХ века стала война, начавшаяся в Южной Африке 11 октября 1899 года. Российская империя вмешиваться в конфликт не стала. Но более 200 добровольцев из России отправилось сражаться на стороне бурских республик: Оранжевой и Трансвааля.

    Текст: Михаил Быков, фото предоставлено М. Золотаревым

    Бывает, в домашнюю библиотеку попадают книги, которым в ней не место. Не потому, что плохи, а потому, что «чужие». Непостижимым образом в 1969 году оказалась на моей полке скромная по объему книга в непритязательной обложке. Автор – писатель с ничего не говорящей фамилией Коряков. Название тоже немногое объясняло – «Странный генерал». Мало ли на свете странных генералов и малоизвестных писателей.

    Случайно открытую книгу Олега Корякова перечитывал несколько раз. События и герои его романа ничем не уступали проверенным поколениями читателей приключениям и персонажам Фенимора Купера, Александра Грина, Владимира Обручева, Джека Лондона и даже Александра Дюма – старшего. Великие мастера приключенческого жанра подвергали героев своих книг испытаниям в самых разных местах. Но, кажется, только Майн Рид написал цикл романов, в которых действие происходит в саваннах и лесах Африки. Правда, по необъяснимым причинам герои этого цикла пользовались куда меньшей популярностью, чем всадник без головы, белый вождь и Оцеола, который вождь семинолов. Ежели про Африку, то можно вспомнить еще одного автора, уже второго ряда – Луи Буссенара и его Капитана Сорви-голова. Пожалуй, все.

    Французский юноша по прозвищу Капитан Сорви-голова – персонаж выдуманный. Но историческая площадка, на которой ему приходится играть роль, абсолютно реальная. Это – Южная Африка, земли бурских республик, лежавшие южнее русла знаменитой реки Лимпопо во время Второй Англо-бурской войны, 1899–1902 годов. Два русских старателя с Урала, в поисках лучшей доли очутившиеся в том же месте и в то же время, приняли участие, по воле писателя Корякова, в сражениях на стороне буров. Один погиб в бою, другой стал генералом армии Трансвааля.

    Олег Фокич ушел из жизни более сорока лет назад, и его уже не спросить, как он вышел на такую тему: русские на Англо-бурской войне. А узнать было бы интересно. Дело в том, что едва война на юге Африки завершилась, военный министр Куропаткин распорядился уничтожить все архивы, связанные с участием добровольцев из числа подданных Российской империи в военных действиях. Сохранились официальные документы, относящиеся к работе военных миссий и агентов, дипломатов, санитарного отряда Российского общества Красного Креста, но вплоть до конца ХХ века они хранились под грифом «секретно». И весьма сомнительно, что детскому писателю Корякову дали возможность с ними ознакомиться. Несколько участников тех далеких событий – сестры милосердия Софья Изъединова и Ольга фон Баумгартен, поручик Алексей Едрихин, подпоручик Евгений Августус, штабс-капитан Виктор Айп, подпоручик князь Михаил Енгалычев, военный инженер Владимир Рубанов – оставили мемуары, записи, публикации в прессе, но в советский период все это богатство если и не было полностью прикрыто секретностью, то уж в публичный доступ не попадало однозначно. Первый и очень подробный труд на эту тему подготовил и издал только в 2012 году историк-африканист Геннадий Шубин – «Англо-бурская война 1899–1902 годов глазами русских подданных». В 13 томах.

    А роман тем не менее получился. Во время чтения складывалось впечатление, что автор многие годы прожил на берегах рек Вааль, Оранжевая, Тугела; что по утрам при пробуждении видел в отдалении очертания Драконовых гор и слышал крики чем-то глубоко расстроенных крокодилов на Лимпопо. И вместе со Странным генералом и его ополченцами было совершенно необременительно разъезжать по велду между городами, чьи названия мало кому что-то скажут в России: Ледисмит, Блумфонтейн, Крюгерсдорп, Кимберли, Мафекинг, Колензо…

    Сказать, что жизнеустройство нескольких сотен тысяч жителей республик Оранжевая и Трансвааль сильно будоражило европейскую и американскую общественность в ХIX веке, – значит сильно преувеличить. Даже вторжение англичан в 1795 году на земли, облюбованные выходцами из Голландии еще в XVII веке, осталось без особого внимания. Европе было в то время чем заняться и без Южной Африки. Британцы, верные своей колониальной доктрине, медленно, но упорно выдавливали голландских поселенцев с побережья и добились своего. Буры (от голландского boer – крестьянин) ушли на север и основали две республики между крупными реками Вааль и Лимпопо.

    Они вели патриархальное хозяйство, в котором главным богатством считался скот. В суровой манере, свойственной всем фермерам, эксплуатировали туземцев – бушменов и представителей племенного союза народов банту. К обнаруженным во второй половине XIX века месторождениям алмазов и золота были равнодушны. Чем и воспользовались опытные и шустрые в таких делах подданные британской короны. Монолитное некогда белое население, состоявшее из буров, стало размываться толпами новопоселенцев, преимущественно из Англии. Прииски оказались по большей части в их руках. Настал момент, когда число ойтландеров сравнялось с числом буров в республиках. А сами республики оказались в кольце колоний. С востока нависал португальский Мозамбик, с запада, севера и юга земли африканеров граничили с британскими территориями Капской колонии, Наталя и Бечуаналенда. Первые две попытки англичан взять под контроль Трансвааль и Оранжевую республику были отбиты. Но процесс, что называется, пошел. И даже живущие на дальних фермах буры понимали: война неизбежна. Деньги в республиках водились. Начались закупки современного вооружения: винтовок и орудий. Только в Германии приобрели 50 тысяч полуавтоматических винтовок маузер.

    Стрелковым оружием буры владели мастерски. Навыки охотников на большого зверя оттачивались поколениями. Но представления о военной науке у фермеров отсутствовали напрочь. Они полагались на меткость огня, индивидуальную маскировку, боевой дух. Последнее качество зиждилось на двух столпах. Первый – «они сражались за родину», второй – врожденное упрямство и хладнокровие. Как показали первые недели войны, это сработало. Более того, буры сказали новое слово в военной тактике. Многие специалисты сходятся в том, что появлению спецназа мы обязаны именно африканерам. Мобильные и немногочисленные конные отряды «коммандос» могли быстро менять место дислокации, наносить короткий и сильный удар и скрываться. Но в случае необходимости принять бой в стационарной позиции. Почти каждый бур был снайпером. И меткий огонь лишал противника возможности сойтись в рукопашной. Допустить такое буры не могли и по той причине, что не пользовались штыками. Попросту не умели.

    Они много чего не умели. Например, слушаться приказов. Не считая себя солдатами, буры и выбранных командиров не считали начальниками. Координаторы и советники – не более. В бою всякий бур был себе и офицером, и рядовым. Африканеры не ведали, что такое воинские подразделения, части и соединения. Не было взводов, рот, батальонов. Были отряды, численность которых определялась количеством боеспособных мужчин, прибывших из того или иного города или поселка. И авторитетом командира-избранника. К уважаемому фехт-генералу (боевому генералу) записывалось большее число бойцов, к малоизвестному – единицы. Как результат – штатный состав отрядов колебался от 10 до 3 тысяч человек.

    Буры не имели штабов в общепринятом смысле слова. Как следствие, не имели стратегических планов. Да и тактических – тоже. Эту особенность описал поручик Алексей Едрихин, участник неудачной для буров попытки взять важный город Ледисмит: «…после речи пастора и пения псалмов было объявлено нечто вроде диспозиции, согласно которой половина команды – 150 человек – назначалась для атаки, другая же половина должна была составить резерв. Атакующей части приказано было ночью занять высохшее русло ручья приблизительно в 1000 шагов от восточных укреплений Ледисмита и с рассветом открыть стрельбу, чтобы привлечь на себя внимание и силы противника и этим облегчить главную атаку оранжевых буров на юго-западную сторону крепости. Мертвая тишина царила повсюду. Вдруг откуда-то издалека, словно тяжелый протяжный вздох, пронесся звук орудийного выстрела и эхом раздался по горам. За ним другой, третий, все чаще и чаще, яснее и яснее – «так», «так-так-так», «так-так» сухо затрещали маузеровские винтовки вперемешку с глухими звуками английского Ли-Метфорда. Это оранжевые буры, не дождавшись демонстративной атаки, повели главную. Команда встрепенулась, все посмотрели на ассистент-фельдкорнета, но угрюмый старик, все время молча сидевший с закрытыми глазами, заявил, что он не получил определенных приказаний и поэтому, если бюргеры желают, то они могут атаковать английские укрепления. После минутного совещания решено было наступать…»

    Читайте так же:  Карликовый пудель течка

    Русские офицеры-добровольцы, прибывшие в Трансвааль, имели на то разные причины. Были среди них романтики, как прапорщик Никитин, который, едва прибыв в столицу республики Преторию, произнес: «Надобно поучиться, как люди умирают за свободу». Но были и прагматики, вроде поручика лейб-гвардии Конного полка Комаровского. «Имея намерение ближе ознакомиться с ходом войны на южно-африканском театре военных действий, я решил подать прошение на высочайшее имя об увольнении меня в запас, дабы я мог на свой риск и ответственность отправиться на театр войны и находиться во время похода при войсках Трансваальской республики», – писал он в рапорте.

    Но все «охотники», кто не манкировал передовой и остался жив, получили неоценимый опыт войны нового типа. И если буры внесли очень скромную лепту, то британцы постарались более чем. Когда лордам в Лондоне стало ясно, что буров малой кровью и устаревшей тактикой не осилить, за дело взялись засучив рукава. Именно там, на юге Африки, «обкатывались» такие изобретения, как пулеметы максим, которые русские добровольцы прозвали «скорострелками», колючая проволока, бронепоезда, полевые телеграф и телефон, прожекторы, разрывные пули «дум-дум», позже запрещенные Гаагской конвенцией, новые взрывчатые вещества типа «лиддит», скорострельные полуавтоматические винтовки. И даже столь привычный нам цвет хаки стал нормой именно на этой войне. Британские пехотинцы, первоначально одетые в традиционные красные мундиры, были отличной мишенью для прицельного винтовочного огня. Их в первые недели войны укладывали сотнями. И красные мундиры отправились на тыловые склады. Ждать, когда они вновь понадобятся в день победного парада.

    Сообразив, что британцы не предпринимают никаких активных действий не потому, что не хотят войны, а потому, что стягивают на юг Африки дополнительные силы, президент Трансвааля Пауль Крюгер решил ударить первым. 11 октября 1899 года бурские отряды перешли границу. Сначала африканерам сопутствовала удача.

    Существовавшие к тому времени средства связи позволяли довольно оперативно информировать остальной мир о происходящем в Оранжевой республике и Трансваале. И былое равнодушие сменилось сочувствием к бурам и гневом к англичанам. Особенно ревностно и трепетно отнеслись к происходившему в Голландии, что понятно, и в России. Не отставали Германия и Франция. К концу XIX века первая мировая держава, десятилетиями совавшая всюду нос и умудрявшаяся всюду погреть руки, утомила страны континентальной Европы, включая Российскую империю, донельзя. В отечественных пределах еще не испарились воспоминания о Восточной (Крымской) войне, разрушенном Севастополе и уничтоженном Черноморском флоте. Еще обсуждали Берлинский трактат, заключенный после победы России над Османской империей в 1878 году, который усилиями британских дипломатов был «обкусан» со всех сторон. И не взятый Константинополь, спасенный для султана жерлами орудий английских кораблей, стоявших на якорях в Босфоре. А стычки с «владычицей морей» в Центральной Азии на подступах к Индии заставляли переживать не за прошлое, а за настоящее. Если коротко, Англию в России в этот период не любили все. В том числе на самом верху.

    Не прошло и месяца с начала войны, как император Николай II, принявший скипетр всего пять лет назад, отметил: «Я всецело поглощен войною Англии с Трансваалем… Не могу не выразить моей радости по поводу только что подтвердившегося известия, что во время вылазки целых два английских батальона и горная батарея взяты бурами в плен! Вот, что называется, влопались и полезли в воду, не зная броду!» Царь не ограничился словами. Был отдан приказ о передислокации части войск Туркестанского округа поближе к границам Афганистана, а также об активизации русского флота на Балтике и в Средиземном море. Однако британцы, что называется, не повелись и продолжили наращивать группировку в Южной Африке. Если изначально они уступали бурам по всем статьям, то уже в конце 1899 года английские генералы располагали 120 тысячами солдат. И с каждой неделей их число росло. Расчет Крюгера на то, что после внушительных потерь Британия согласится на поиск компромисса, не оправдался. На сей раз прижимистые лорды готовы были на любые расходы. И в деньгах, и в людях. Африканеры могли выставить в лучшем случае – и то не единовременно – 60 тысяч бойцов. Но в боях они несли потери, а пополнение могло явиться только из Европы и России.

    И оно – явилось. Но не в том количестве, на которое рассчитывали в Претории. Из Голландии, Франции, Германии, США, Италии и других стран прибыло немногим более 2 тысяч человек. Из России – 225, то есть каждый десятый. Это довольно странно, если учесть, что препятствий желающим отправиться на далекую войну никому не чинили. Рапорты офицерам, уходившим с этой целью в запас, подписывали без проволочек. Что уж говорить о волонтерах, не носивших погоны и имевших полное право поступать как заблагорассудится. Газеты пестрели заметками о несправедливости идущей войны, в которой могучая империя королевы Виктории решила раздавить маленький, но гордый народ. Наряду с пафосными выступлениями печатались сводки и репортажи, из которых следовало, что самая цивилизованная нация на свете ведет себя в Южной Африке хуже варваров Аттилы, не брезгуя пользоваться бесчеловечным оружием и уничтожая мирное население, посевы, скот, фермы, поселки. К слову, такие репортажи были недалеки от истины. К тактике «выжженной земли» британцы обратились весьма скоро – едва буры начали терпеть поражения и отступать вглубь Трансвааля.

    Отсутствие перехода качества пропаганды в количество добровольцев наверняка объяснялось комплексом причин. Среди прочих – расстояние в 10 тысяч километров. Дороговизна билетов на французские и германские пароходы, осуществляющие рейсы из Марселя, Амстердама, Антверпена, Лиссабона, Неаполя в Лоренцо-Маркес (ныне – Мапуту, Мозамбик). Кстати, морское путешествие занимало чуть более месяца. Отсутствие централизованной работы по отправке волонтеров в столицах. По неведомой причине такой центр находился в Орле, куда и предлагалось обращаться не только потенциальным «охотникам», но и меценатам. Но главное, на мой взгляд, это – время. В феврале 1900 года британцы под командованием опытного и умелого фельдмаршала Фредерика Робертса перешли в наступление. Уже в марте пала столица Оранжевой республики Блумфонтейн. Короткий период побед буров завершился, и всем стало ясно, что победа англичан неизбежна. Это понимание умерило пыл многих, еще не уехавших. И подвигло к возвращению тех, кто уже успел повоевать.

    Британцы вошли в столицу Трансвааля Преторию в июне 1900 года. И системная война завершилась. Началась война партизанская. Без всяких шансов на успех. И добровольческий порыв сошел на нет. Формально война продолжалась до мая 1902 года. Но это была агония тех, кто понимал, что для них сдача в плен как минимум равносильна смерти. Потому как Англо-бурская война «подарила» нам еще один вид оружия массового уничтожения. Британцы придумали концентрационные лагеря, в которых погибло по меньшей мере 27 тысяч человек, в основном мирных жителей. Для сравнения: в боях буры потеряли 4 тысячи бойцов.

    История не сохранила списки всех русских добровольцев, воевавших на стороне буров. Но зато сберегла биографии самых ярких персонажей той войны. Вот некоторые из них.

    Читайте так же:  Басенджи или африканская нелающая собака

    После участия в нескольких боях в апреле 1900 года вместе с французскими волонтерами в плен попал князь Николай Багратиони-Мухранский. О начале войны представитель знатного грузинского рода узнал случайно, находясь, по одним данным, на скачках в Париже, по другим – на сафари в Абиссинии. На вопрос журналиста, зачем он решил сражаться на стороне буров, князь честно признался, что о бурах и их республиках понятия не имел. Но, узнав о случившемся, он почувствовал сопричастность к маленькой стране, жаждущей сохранить свободу. Ровно так, как его родная Грузия. Заявление, надо признать, вызывает удивление, если вспомнить, что Грузия вошла в состав Российской империи добровольно. Прибыв в Преторию, Багратиони представился президенту Трансвааля. Крюгер тоже оказался человеком искренним и столь же честно признался, что никогда не слышал о такой стране, как Грузия. Среди прочих интересных знакомств князь мог вспомнить и встречу с молодым корреспондентом лондонской газеты «Морнинг Стар» Уинстоном Черчиллем. Правда, обстоятельства были не столь приятны. Черчилль присутствовал при допросе князя Багратиони после пленения. Результатом беседы с британскими офицерами стал приговор: расстрелять. Уже перед строем солдат английский офицер поинтересовался у Багратиони, не родственник ли он генералу Петру Багратиону. После утвердительного ответа офицер признался, что является горячим поклонником военного таланта героя Наполеоновских войн. Расстрел отменили, а князя отправили в лагерь для военнопленных на остров Святой Елены. Да-да, тот самый…

    Уроженец Минской губернии Алексей Едрихин – сын простого солдата. В 17 лет поступил вольноопределяющимся в 120-й пехотный Серпуховской полк. Окончил Виленское юнкерское пехотное училище, но офицерского чина не получил в связи с крайне низким уровнем образования. Через два года службы в унтер-офицерах получил чин подпоручика. Казалось бы, при таких стартовых условиях карьера Едрихина закончится лет эдак через двадцать в захолустном гарнизоне в должности ротного командира, не более. Но годы самообразования привели к тому, что безродный, не имевший связей и протекции обер-офицер умудрился поступить в Николаевскую академию Генерального штаба, два основных курса которой он оканчивает по 1-му разряду. Впереди – успешная карьера, но Едрихин пишет рапорт о выходе в запас с разрешением отправиться в Трансвааль. В Южную Африку офицер убывает в качестве внештатного корреспондента газеты «Новое время». Любопытно, что в судьбе простого офицера участвуют военный министр Куропаткин, великий князь Александр Михайлович и даже государь наслышан о его планах. Первые публикации Едрихина под псевдонимом А. Вандам выходят в конце 1899 года. В Южной Африке офицер-журналист пробыл недолго, месяца два. В боях участвовал мало, но зарекомендовал себя как дельный офицер. В результате поездки появился отменный аналитический труд «Письма о Трансваале». Писатель, военный разведчик, аналитик Едрихин окончил Первую мировую войну генерал-майором, георгиевским кавалером. Правда, начиная с 1907 года его знали уже как Алексея Вандама. Псевдоним стал фамилией.

    Евгений Августус – крестьянской породы, подпоручик. Воевал в Трансваале пять месяцев, отличался храбростью и смекалкой. Был ранен. После сдачи Претории англичанам попал в плен. Вернувшись в Россию, продолжил службу в армии. Александр Гучков, более известный как думский деятель, глава партии октябристов, первый военный и морской министр Временного правительства, дрался в Южной Африке вместе с братом Федором. Был тяжело ранен в бедро, из-за чего хромал всю оставшуюся жизнь. Могила лейтенанта флота Бориса Строльмана находится в Претории. Он был убит пулей наповал в окрестностях городка Линдлей после того, как вынес из-под огня раненого голландского добровольца и двинулся назад, на передовую. Об «охотнике» бурской армии Дуплове не известно ничего. Кроме одного – погиб в бою.

    Подполковник Евгений Максимов из гвардейских кирасир, куда поступил, сдав экзамен на офицерский чин, минуя военное училище. Довольно редкий случай для второй половины XIX века. Можно сказать, Евгений Яковлевич – профессиональный доброволец. Впервые в таком качестве он участвовал в Русско-турецкой войне 1877–1878 годов в Сербии. Последний раз – в русско-японской. Командуя батальоном, Максимов погиб в Мукденском сражении. В Преторию отставной подполковник прибыл в качестве военного корреспондента. Долго держать нейтралитет не смог и оказался в составе отряда, сформированного из бойцов разных национальностей. Командовал «иностранным легионом» французский полковник де Марейль-Вильбуа. После его гибели отряд возглавил Максимов. В одном из боев он получил двойное ранение – в голову и лопатку и контузию плеча. Но даже не подумал отправиться в госпиталь. Воевал дальше. Сестра милосердия Изъединова вспоминала, что уже в следующем бою Максимов верхом объехал вверенные его отряду позиции и в одиночку совершил рекогносцировку, на которую до него никто не решался. Один из лучших бурских генералов, Луис Бота, так охарактеризовал офицера: «Никого подобного этому русскому полковнику я не только не видел, но и не представлял». Сам Максимов стал бурским генералом в мае 1900 года. Что особенно важно, чин он получил не в результате чьего-то келейного приказа, а по решению собрания, в котором приняли участие несколько сотен буров и добровольцев. И пусть для нас это странно – выборы генерала. Зато нет сомнений, что Максимов этот чин заслужил. Уж такие они – генералы бурского войска. Странные.

    Лимпопо (Limpopo) – самая северная провинция Южно-Африканской республики, названная в честь главной реки этого региона. Граничит с Мозамбиком на востоке, Ботсваной на западе и Зимбабве на севере, что даёт ей право называться «воротами к остальной Африке». Столица провинции – г. Полокване (бывший Pietersburg).

    Большая часть территории Limpopo представляет собой саванну с равномерным чередованием лугов и деревьев. Северная и восточная части провинции получают обильные осадки – это зона субтропического климата с тёплым, влажным летом и мягкими зимами.

    Лимпопо – край неповторимых контрастов и древних легенд. Бескрайняя саванна, величественные водопады, неприступные горы, первобытные леса, девственная красота нетронутой человеком природы и маленькие лоскутки ферм, останки древних людей и сокровища цивилизации Mapungubwe. Многое здесь не менялось столетиями, предлагая уникальную возможность притронуться к той самой Африке – дикой и первобытной. Здесь находится большая часть Waterberg Biosphere – заповедника площадью 15 тыс. квадратных километров, охраняемого ЮНЕСКО как одно из мест наиболее гармоничных взаимоотношений человека и природы. На его территории обнаружены археологические артефакты, датируемые каменным веком, а рядом – находки, проливающие свет на происхождение и эволюцию человека.

    На востоке провинции расположилась северная часть всемирно-известного заповедника «Национальный парк Крюгера», демонстрирующего жизнь дикой природы Африки. Это огромные стада слонов и бизонов, антилопы и соболь, богатейшее разнообразие пернатых. Площадь заповедника сравнима с территорией государства Израиль. В общей сложности в Limpopo насчитывается 54 заповедника, а также несколько роскошных частных заказников, предлагающих прекрасные апартаменты и возможность наблюдения за дикой природой днём и ночью с удобно оборудованного, открытого транспорта. Отели в провинции Лимпопо — забронировать онлайн.

    К северу от столицы Полокване находится город Modimolle – центр винодельческой индустрии провинции. Из других крупных городов региона интересны Phalaborwa и Thabazimbi – ведущие участники горнодобывающей отрасли (в провинции разрабатываются металлы платиновой группы, железная руда, алмазы, золото, медь, изумруды, кремний и слюда), Tzaneen, где производится чай, кофе и тропические фрукты, а также Bela-Bela ближе к южной границе с популярными минеральными источниками. В этих областях располагаются зоны интенсивного земледелия и скотоводства. Так 45% продуктов, поступающих на рынок Йоханнесбурга, производятся именно в Limpopo. 80% охотничьих угодий и сопутствующей индустрии всей Африки также сосредоточены в этой провинции.

    Наконец, именно в Лимпопо находится Mapungubwe Cultural Landscape – один из семи объектов Мирового Наследия ЮНЕСКО в ЮАР. Mapungubwe — первое королевство в Африке, которое превратилось в самое большое и мощное государство континента, чей расцвет продолжался около 400 лет до того, как царство пришло в упадок в XIV веке. Это была довольно развитая цивилизация, торговавшая золотом и слоновой костью с Индией, Китаем и Египтом.

    Похожие статьи:

    Французский бульдог красныйФранцузский бульдог красный

    У нашего щенка французского бульдога неожиданно покраснели белки глаз? Это патология или нет? Стоит ли вести собаку к ветеринару? Если щенок весел, активно играет и не жалуется на аппетит, проблемы

    Московская сторожевая описание породыМосковская сторожевая описание породы

    Московские сторожевые – это очень сильные, разносторонние собаки, созданные по специальному заказу Министерства обороны в 50-х гг. В них гармонично сочетаются исполинские размеры (верхний предел роста отсутствует), высокие рабочие качества